MEG_the_grey
< Хроническое исключение > Когда все считают, что ты маленький, белый и пушистый, не спеши показывать свои когти и зубы
Alex 2011 - О пользе размышлений
// www.fanfics.ru/index.php?section=3&id=41204

Волшебники явно считают себя выше обычных людей — об этом говорит и не слишком приятное прозвище «маглы», и само поведение великана.

Гарри еще на каникулах придумал для себя простой способ качественного приготовления зелий. Надо просто представить, что варится не таинственное колдовское снадобье, а обычный суп. И новое дело сразу превращается в рутинное занятие

— Малфой, — Дафна мечтательно улыбнулась, — что может быть приятнее, чем хорошая месть? Да, Гермиона, ты не поверишь, но это даже приятнее, чем добыть новую книгу.
Гермиона с сомнением посмотрела на нее, будучи не уверенная в подобном утверждении.
— Да, да и это почти так же приятно, как поход в салон красоты.
Подобное сравнение оказалось совсем непонятным ее подруге, но Гермиона на всякий случай спросила:
— И как мы будем мстить?
Вместо ответа та только загадочно улыбнулась, и вдруг лицо ее изменилось. На нем появилось выражение высокомерного презрения. Сам профессор Снейп умер бы от зависти, увидев его.
— Ты представляешь, Герми, — ее голос почти не изменился, она не кричала и, казалось, говорила только для подруги, вот только слышал ее теперь весь зал, — по Хогвартсу шляются отдельные типы, чей магический род составляет не больше трех веков, и задирают носы, как будто происходят от самого Мерлина.
Гермиона неуверенно посмотрела на подругу, потом украдкой бросила взгляд на стол Слизерина. У Малфоя, прекрасно понявшего, в чей огород камешек, лицо из бледного стало красным. Но коварная девочка еще не закончила.
— А ведь мало этого, у некоторых из них есть родственники, больные весьма постыдными заболеваниями. Малфои, например. Мне говорили, что драконий сифилис может передаваться по наследству, и даже можно заразиться при тесном общении.
Дафна, не глядя на слизеринский стол, направилась к своему. Ее лицо теперь очень напоминало выражением лицо пай-девочки, получившей конфетку. Она ласково улыбнулась Гермионе и шепнула ей:
— Все вопросы потом, будем наслаждаться видом Малфоя.
А посмотреть действительно стоило. Его лицо из красного стало пунцовым, губы тряслись. Сидящие рядом слизеринцы постарались отодвинуться от него подальше. Он явно не ожидал такого коварства от милой девочки.
Чуть припозднившиеся Гарри с Невиллом не смогли увидеть в оригинале страшную месть Дафны и очень сожалели об этом. На все их возмущение по поводу, почему провернули такое дело без них, мисс Гринграсс непринужденно отвечала: «А не надо опаздывать». Попытки напомнить, кто чаще всего опаздывает из-за долгих сборов, обрывались простым утверждением «А мне можно». И поскольку свое утверждение она подкрепляла ангельским выражением лица, спорить с этим у мальчиков не было никакой возможности.

только Дафна, как и всегда, сохраняла ледяное спокойствие. Стоило только посмотреть на нее, так невольно верилось, что и, сев на метлу, та полетит также непринужденно, как она делала все — спокойно, с полным достоинством и строгим выполнением правил этикета. Когда же нервозность вокруг нее достигала максимума, она просто доставала свою любимую пилочку и начинала интересоваться исключительно своими ногтями.

— И еще один момент. Если вы заметили, по нескольким предметам у нас ровно никакие учителя. На истории магии все сладко спят, ЗОТИ вообще превратилась в посмешище. Да и на старших курсах есть подобные преподаватели. Я поговорил с Пенелопой Кристалл. Так вот, прорицания ведет откровенная шарлатанка Трелони. А как преподают магловедение, было отлично видно по одежде волшебников на вокзале.

ночная дуэль окончилась анекдотом. Рон Уизли явно надеялся, что выросший среди маглов Гарри не имеет не малейшего представления о магических дуэлях, и каково же было его удивление, когда оказалось, что это именно он имеет весьма посредственное представление о дуэльном кодексе. Причем все его промахи весьма едко комментировались фирменным слышимым за километр шепотом Дафны.

Мальчик, столь охотно идя на сближение с официальным органом власти в волшебном мире, преследовал вполне определенную цель. В отличие от Риддла и Дамби, министр пока никак не вмешивался в его жизнь, но он явно мог помочь Гарри в ряде проблем.

В гостиную ввалились Дадли и Поттер, держа в руках какие-то коробки. Не обращая внимания на изумленного Вернона, они поднялись по лестнице в комнату Гарри и при этом не прекращали какого-то непонятного спора.
— У меня больше вес, поэтому обувь снашивается быстрее, и амортизационные расходы выше. Так что мои семь процентов, твои три.
— Ха, а средства на полировку палочки? А ее износ от трения о воздух — мои шесть, твои четыре.
— А мое трение о воздух, оно в два раза выше, так что…

В своей комнате Гарри обнаружил целый склад сломанных вещей. Дорогая тетушка явно решила обеспечить его практикой бытовых чар. Мальчик не стал расстраиваться, а за два дня сумел ударным трудом восстановить целостность имущества. Делать это он предпочел, лежа на кровати, левитируя к себе очередную вещь, восстанавливая ее и отправляя на место. При этом ряд чашек пришлось восстанавливать не по одному разу. Гарри утешал себя, что повторение — мать учения.
Вечером второго дня к нему в комнату вошел Дадли. То, что кузен предварительно постучал в дверь, чуть не заставило челюсть Гарри устремиться навстречу земле. Мощным усилием сдержав непослушную часть тела, Гарри пригласил Дадли присесть к нему на кровать. Но через минуту его челюсть все-таки устремилась на пол.
Дадли предложил организовать совместное дело. Он уже успел обойти ряд окрестных жителей и договориться с ними о проведении небольшого ремонта в их домах по сходной цене.

Достойным завершением приключений ребят в гостях у Невилла стал переезд на «Ночном рыцаре» к Гринграссам. К концу поездки ребята, уставшие хвататься за сиденья при очередных маневрах водителя, обсуждали только один вопрос — какое заклинание послать в шофера вместо чаевых. Но бдительность миссис Августы Лонгботтом, сопровождавшей детей, спасла доблестного волшебника от страшной мести.

Леди Гринграсс решила устроить в один из вечеров небольшой бал для детей. Разумеется, на подобные мероприятия, кроме самих мальчиков и девочек, приглашались их матери, а также несколько почетных гостей. Увидев список приглашенных, Гарри задумался над тем, сколько же народу собирается на большой бал.

В день бала Виктория разбудила детей ни свет ни заря. После раннего завтрака она передала их в руки заранее вызванных на дом парикмахеров, массажистов, маникюрш и других непонятных людей. Не желая бросать детей одних, она также позволила заняться и своей внешностью. При этом леди Гринграсс внимательно следила, чтобы мальчики и Гермиона не попытались удрать.

Желание досадить Мальчику-который-выжил у наследника рода Малфоев было чисто иррациональным. Драко понимал, что реальных причин для взаимной неприязни у них нет, но ничего не мог с собой поделать. Когда он видел Поттера, хотелось как-то задеть его. И Малфой не мог устоять перед искушением.
Дошло до того, что, заметив дня три назад, что Криви стал гораздо реже щелкать Поттера, Драко снизошел до разговора с этими фанатами. И тут выяснилось, что Гриффиндор это не факультет, а диагноз. У этого придурка заканчивались какие-то пленки. Пришлось наследнику благородного рода за свои карманные деньги заказывать совой запас новых. Но оно того стоило. Щелканье фотоаппарата возобновилось с прежней частотой, а сам Драко превратился в глазах членов фан-клуба в некого ангела-хранителя, и теперь мог беспрепятственно получать от них всю имеющуюся информацию об их кумире.

Однако не все внимание было столь отрицательным. Девочки с первого по третий курс, а кое-кто и постарше не оставили своим вниманием привлекательных дуэлянтов. И хотя большинство из них обратили свои благосклонные взоры на более симпатичного Драко Малфоя, но нашлось и немало любительниц острых ощущений, бросающих заинтересованные взгляды на новоявленного «наследника Слизерина». Но от этих поклонниц Гарри был надежно защищен Дафной и Гермионой. Стоило подругам увидеть очередную особу, слишком пристально разглядывающую их друга, как на лицах девушек появлялось четко читаемое выражение «МЕСТО ЗАНЯТО!», а взгляды, бросаемые на «соперниц», обещали последним массу весьма неприятных приключений. Это заставляло поклонниц держаться подальше, но не более того.

Мысленно попросив Мерлина, чтобы это было не то, о чем он подумал, профессор Снейп решил сразу же развеять свои сомнения.
— Поттер, что вы там мнетесь, как будто стащили у меня из кабинета половину зелий? Прежде чем захотите секретничать, научитесь делать невозмутимое лицо.

У Невилла, кроме всего прочего, обнаружились весьма скудные познания в математике, и теперь его часто можно было видеть решающим очередную задачу и проклинавшим при этом того идиота магла, которому приспичило присобачить две трубы к своему бассейну.

Профессор Дамблдор очень сильно удивился бы, узнав, что два других лидера партий магического мира хотели увидеть на месте директора того же человека, что и он сам. Профессор зельеварения Северус Снейп не зря был деканом Слизерина. Он умел быть «своим» для любой партии.

— Не дергайся, удобства будут потом.
Шепот молодого аврора был ясно слышен мальчику. Ну что же, он пока ничего не видел, кроме маленького куска пола, зато все прекрасно слышал. Гарри еще успел подумать, каким это образом собрался поразвлечься этот не пойми кто, как над головой раздался грохот.
— Леди, может быть вы ляжете рядом, и я смогу, наконец, дышать? — Гарри проявил чудеса галантности. Тело девушки явно не было слишком тяжелым, но для мальчика хватало и этого веса. Да и чувствовать себя беспомощной тушей было не очень приятно.
Оценив обстановку, аврор аккуратно сползла с мальчика и теперь лежала рядом, в любой момент готовая выставить над ними щит. При этом она комментировала действия их противника словами, которых, по идее, вообще не должно быть в лексиконе молодой девушки.

Мама Джинни сначала бросилась к ней и попыталась закончить дело Тома Риддла, задушив бедняжку в объятиях.

Радостное настроение всем старательно портил профессор Снейп, следивший, чтобы чересчур активные «экскурсанты» не растащили на сувениры части тела Ужаса Слизерина. По старому обычаю «чей выстрел, того и дичь» тушка василиска передавалась в его собственность, и зельевар в своих мыслях давно успел разделать ее на ингредиенты для крайне редких зелий и прочие полезные части. Поэтому любителей сувениров он рассматривал исключительно как расхитителей его ценного имущества. Единственное, что портило его настроение, это необходимость для каждого спуска в подземелье просить Поттера открыть ему проход. Но зато профессор был уверен, что никто другой не сможет сюда попасть и дать волю своим загребущим ручонкам.

Гарри передернуло внутри. Сегодня была лишь учебная схватка, но мальчик представил, что подобное может случиться в реальном бою. И если он будет командиром, ему возможно, придется послать того же Невилла на смерть, чтобы спасти остальных. Желание лезть в начальники, и так не очень большое, стремительно падало вниз.

Когда друзья увидели полученный Гарри подарок, они не могли скрыть свое восхищение столь сложным артефактом. Теперь профессору Снейпу не удастся так легко поймать их в ловушку! А сколько еще пользы может принести подобная вещь!
— Или вреда, — хладнокровно заметил Невилл. — Вы подумайте, что случится, если эта карта попадет в руки Филча.
— Что случится с Филчем, не знаю, а вот тот, кто даст ее ему, наверняка станет врагом номер один всех учеников, — Дафна со смехом представила, как завхоз, вооружившись артефактом, ловит ночью по темным уголкам притаившиеся там парочки.
— Вот только мне не нравится ее название — «Карта Мародеров».
— Гарри, а что в этом такого? Слово вроде знакомое, но что оно означает, точно не знаю.
Невилл уже через секунду горько пожалел о своих словах, увидев, как Гермиона приобретает свой любимый «профессорский» вид. Мальчик понял, что ему придется подробно читать еще одну книгу, и хорошо, если только одну. Впрочем, подруга решила для начала просветить его.
— Мародер — это человек, грабящий убитых и раненых на поле сражения, — отчеканила она, словно читала по словарю. — В общем, весьма нехороший человек.
— И кем надо быть, чтобы себя так назвать? Похоже, создатели этой карты имели отношение к дружкам Риддла.
— Не обязательно, Невилл. Увы, но в Англии традиционно даже гордятся подобными вещами.

Наличие приставки «сэр» и дядюшки министра еще никому не вредило.

мнение директора об обычных людях вызывало у Гарри только кривую усмешку. Нет, разумеется, если старательно запугивать рядовых обывателей, то их отношение к магии будет однозначно резко отрицательным. Вот только если вместо этого показать им, что волшебство это в первую очередь способ облегчить жизнь, а не доставить неприятности окружающим, то и отношение этих самых людей к магии будет совершенно другим. За примерами далеко ходить не надо. Как только Дадли сообразил, что магией можно не только вырастить у него поросячий хвост, но и заработать деньги, так сразу же перестал видеть в волшебстве что-то нехорошее.

Поначалу среди старшекурсников нашлось несколько учеников, кто не воспринял всерьез симпатичную девушку в качестве преподавателя ЗОТИ. Однако пара показательных дуэлей в главном зале, устроенных ей совместно с профессорами Снейпом и Флитвиком подняли авторитет мисс Тонкс на небывалую высоту. После них молодой преподаватель предложила любому школьнику, который не хочет посещать ее занятия, сойтись с ней в учебном бою и, в случае победы, с чистой совестью получить «Превосходно» в качестве годовой оценки. Однако желающих воспользоваться щедростью «доброй» девушки почему-то не нашлось.

— Но сэр, зачем мне этот кинжал? Ведь он же очень опасен.
— Поттер, опасного оружия не существует, а существуют криворукие индивидуумы

Гарри знал, что профессор Снейп всегда может найти способ основательно испортить его настроение, но не рассчитывал, что он будет настолько эффективным. Если единственным человеком среди Упивающихся, решившимся выступить против убийства детей, была та, которую называли кровавым палачом, то кем же были остальные?

— Поскольку вы нарушили все очарование этого уединенного места, то мы вам ничего не скажем. И будем вечно хранить эту тайну, возможно, даже целых полчаса!

домовик готов был приготовить тортик любого размера, но горько сожалел, что размеры кухни Дурслей несколько ограничивают полет его фантазии

Астория никак не могла решить, на какой факультет ей стоит распределяться и активно приставала ко всем знакомым, выясняя, что же может подойти больше всего. Идея о том, что ей стоит просто послушаться Распределяющую шляпу, даже не приходила амбициозной девочке в голову

Власть без ответственности — голубая мечта любого политика.

Гарри очень жалел, что уже сейчас не обладает хотя бы минимальными навыками чтения мыслей. Это значительно помогло бы ему в ходе бесед, которые он провел с профессорами Люпином и МакГонагалл. Их рассказы о Сириусе Блэке настолько совпадали, вплоть до мелких деталей, что Поттер сильно заподозрил, что оба преподавателя ему скармливают хорошо подготовленную и заранее согласованную официальную версию. Нет, он не думал, что они стремятся сознательно обмануть его, но вот Гарри был уверен в том, что они рассказывают далеко не все, что знают об этом беглом преступнике.

— Мятная карамель! – профессор Дамблдор старательно подбирал наиболее идиотские пароли, то ли надеясь создать себе имидж полусумасшедшего доброго старичка, то ли просто издеваясь над посетителями. Гарри решил, что второй вариант все же ближе к истине, так как вероятность того, что кто-то решит, что величайший маг современности не вполне дружит с головой, была близка к нулю.

К счастью, Поттер правильно рассчитал последствия своей диверсии, и никто из учеников реально не пострадал. Зелье было еще слишком холодным, чтобы обжечь кого-то и абсолютно нейтральным, как и продукты взрыва. Так что все закончилось бурным весельем школьников и тихим позором зельевара, чувствующего у себя за спиной насмешливые взгляды учеников. В итоге профессор Снейп испытывал по отношению к Поттеру целых два желания: сначала убить мальчишку особо зверским способом, а затем немедленно перевести его к себе на факультет.

— Ну что же, Поттер, – усмешка профессора наверняка помогла бы ему занять призовое место на конкурсе злобных темных властелинов.

Мистер Поттер вел гостей мрачными коридорами, навевавшими мысли о фильме ужасов в готическом стиле. Дорогу им освещал неверный свет факелов, вспыхивающих при их приближении и сразу же гаснущих за их спинами. С разных сторон из мрака появлялись то древние доспехи, мерцающие изнутри таинственным светом, то человеческий череп, в пустых глазницах которого клубился серый туман, то голова домового эльфа, прибитая к стене. Но самым эффектным было появление из темного угла светящейся фигуры черноволосой женщины с кроваво-красными глазами, больше всего напоминающей свежеиспеченного зомби. Пропустив великого темного мага Поттера, данная леди присоединилась к их процессии, держась поближе к Джейн и бросая время от времени кровожадные взгляды на горло женщины. Дафна и Гермиона старательно вскрикивали при этом, изображая испуг, однако все впечатление портила Астория, тихонько хихикавшая в прижатую ко рту ладонь. Джейн уже поняла, что она назначена главным зрителем этого представления, как человек, имеющий наименьшие знания о магии, и начала подумывать о страшной мести. Наиболее привлекательным планом ей показался массовый поход детей к ней в клинику с целью проверки зубов. Джейн была уверена, что стоматологические инструменты вызовут у подрастающего поколения магов гораздо больший ужас, чем все зомби и вампиры вместе взятые.

— Как вы понимаете, в классическом варианте уничтожения крестража вероятность вашей смерти была бы сто процентов, — чуть криво усмехнулся невыразимец. — А по моей методике вероятность была двадцать процентов!
— Двадцать процентов, что Гарри погибнет?! — Сириус опять начал заводиться, впрочем, он и до этого не выглядел слишком спокойным.
— Нет, нет, вы меня неправильно поняли, — поспешил обрадовать его мистер Декстер. — Двадцать процентов была вероятность успеха! Согласитесь, это совсем неплохо!
Продолжить восхваления своего гениального плана Декстеру не удалось, так как терпение Сириуса, наконец, лопнуло, и он с глухим рыком бросился на невыразимца. Гарри уже подумал, что челюсти ученого не удастся избежать близкого знакомства с кулаком Блэка, однако оказалось, что Декстер был готов к подобной реакции неблагодарных слушателей. Не успел Сириус сделать первый шаг в сторону невыразимца, как тот аппарировал с легким хлопком. Чувствовалось, что у мистера Декстера имелся немалый опыт общения с оппонентами. Хотя теоретически на здании министерства стояли антиаппарационые чары, сотрудники Отдела Тайн, видимо, нашли способ обходить их.

Войдя в зал пророчеств, ребята были поражены, увидев огромные стеллажи, заставленные записями. Казалось, что сотни Кассандр год за годом без передышки озвучили свои видения, чтобы получилась коллекция подобных размеров. Как пояснил невыразимец, пророчества собирались в этом зале уже более тысячи лет и не в одной только Англии. На законный вопрос, а кому все это надо, был получен столь же толковый ответ — никому. Если первое время и был какой-то смысл в таком хранилище, то теперь сохранение записей пророчеств стало обычной традицией.

Реформы Фаджа вынуждали консерваторов объединяться, но поскольку представить себе в одной лодке ярых последователей Дамблдора и Малфоя мог только человек, обладающий слишком болезненным воображением, большинство их сторонников начало подыскивать нового лидера, который бы удовлетворил почти всех. И здесь на арене сцепились Барти Крауч и Амелия Боунс.

По сути, урок этикета требовался только одному участнику турнира. Гарри оставалось только удивляться, каким образом выросший в волшебном мире Рональд Уизли умудрился так плохо ориентироваться в обычаях магов. У Поттера сложилось стойкое убеждение, что рыжий гриффиндорец сумел выучить за свою жизнь только правила квиддича и игры в шахматы, и на этом его мозг оказался переполнен.

По жребию первыми выпало сражаться Уизли и Малфою. Предсказать результат этого боя было нетрудно, так как представитель рыжеволосого семейства за время обучения в Хогвартсе не был замечен в любви к этому самому обучению

Профессор Муди, громко стуча протезом, молча ходил по классу и мрачно поглядывал на притихших школьников. Дело в том, что сегодня то ли снег на Гавайях выпал, то ли самый большой акромантул сдох в Запретном лесу, но, во всяком случае, Драко Малфой решился задать вопрос Грозному Глазу. А учитывая отношение преподавателя ЗОТИ к слизеринцам вообще и к Малфою в частности, это было сродни настоящему подвигу.

Самым большим недостатком в жизни магической Англии Гарри Поттер в данный момент считал отсутствие в нем общества по защите животных. Если бы борцы за права братьев наших меньших знали о произволе, какой творят волшебники, они ни за что не дали бы в обиду одного конкретного дракона.

Всякий человек, имевший несчастье попасть в больничное крыло Хогвартса, мог быть уверен, что его путь на свободу будет долгим и тягостным. Мадам Помфри была превосходным специалистом, но ее мания прописывать постельный режим уже вылеченным пациентам давно вошла в легенды.

Снейп уселся на свое место, жестким взглядом указав залу, что его слова не были пустой болтовней. По мнению Гарри, Дарт Вейдер на фоне нового директора смотрелся записным добряком и гуманистом.

Клятвы, данные Беллатрикс, разрешали ей причинять вред другим людям только в целях самообороны, и будучи неглупой волшебницей, Белла не собиралась нарушать их. Но вот если поздно вечером прогуляться в дорогом открытом платье в не самом респектабельном квартале Лондона…

Профессору Снейпу удалось за лето внушить преподавательскому составу Хогвартса идею повышения требований к ученикам, и это привело к тому, что ребята с первого дня занятий забыли такое понятие, как свободное время. А с учетом того, что те же профессора МакГонагалл и Флитвик и без того были весьма суровы, многие школьники взвыли от непривычных нагрузок.
Впрочем, на профессора Снейпа это произвело весьма слабое впечатление. «Я предпочитаю, чтобы меня любили не ученики, а выпускники!» — по словам всезнающей Астории именно такую фразу директор сказал на последнем собрании преподавателей перед началом учебного года. И надо сказать, что первая часть его лозунга полностью сбывалась.

В итоге было решено рано утром оборудовать портальную площадку у ворот школы, за пределами антиаппарационного периметра. Ее защитой должны были служить хищные растения, которые предоставляла профессор Спраут, и «ожившие» рыцарские доспехи, которые совсем не зря в большом количестве были расставлены по школе.
Профессор МакГонагалл уже давно хотела опробовать их активацию, и Северус заподозрил, что основным мотивом использования големов для декана Гриффиндора послужило обычное любопытство.

@темы: Цитаты, Фанфик, Книги